– Хорошо, – сказала она наконец, – как близко нам необходимо подойти к «Огру» в этих условиях?

– На двести тысяч километров, мэм.

От горечи того, что скрывалось за этими словами, у Онслоу даже рот скривился, а коммодор внутренне вздрогнула. Ближе, чем световая секунда? Это было равнозначно самоубийству.

– Но даже на таком расстоянии, – медленно продолжал Онслоу, – стрелки не смогут гарантировать что поразят «Огра». Многомерники кангов по прежнему синхронизированы по фазе – Бог знает, как им это удается! – а наши системы наведения не сумеют в таких условиях определить цель. Они не отличат «Огра» от «Гарпии» или «Тролльхейма», как бы близко мы ни подошли.

– Ладно, – вздохнула Сантандер. – До барьера тета-диапазона нам остается шестьдесят пять часов и за это время ситуация для нас не изменится лучшему.

Она посмотрела в глаза Онслоу и вздохнула.

– Идите на сближение, капитан, – решительно сказала она официальным тоном. – Подведите корабль к противнику, чтобы мы могли нанести последний, решающий удар.

– Есть, мэм, – ответил Онслоу, и двигатели взвыли, резко меняя направление движения.

В ирреальном мире эта-диапазона изменение курса вызывало у коммодора нечеловеческую боль и погрузило ее в беспросветную тоску. Не отрывая глаз от экрана, она изо всех сил старалась забыть о боли, заставлявшей ее тело дрожать, пронизывавшей мускулы и нервы. Расстояние до размытых светящихся точек, обозначавших корабли врага, неуклонно уменьшалось. Тяжелый крейсер «Неустрашимый» изменил свой курс, следуя маневру флагмана, и сверкающая звезда, показывавшая его положение на экране, двигалась теперь рядом с «Защитником».

– Расстояние до противника равно двенадцати световым секундам, – отрапортовал Мияги. – Одиннадцати… десяти… девяти…

– Канги замедляют ход, – сообщил офицер из группы слежения, и Сантандер закусила губу. С момента их обнаружения и до сих пор канги выжимали максимальную мощность из своих генераторов, не прибегая к тактическому маневрированию – они упорно держались курса, стремясь к переходу Такешиты. Поэтому коммодор имела основания надеяться, что они не изменят выбранную тактику в последний момент.